На этой странице "Любимая Профессия" рада представить вам современные сказки про профессию прачка, которые с любовью и душевной теплотой написали современные авторы. Спасибо авторам за труд и талант.

Сказки про прачку

Прачка
автор: Лидия Гусева
 
        Давно это было. Жила-была женщина в нашем дворе. Прачка. Люди носили ей вещи стирать, а еще она обстирывала футбольную команду города. И почти каждый день можно было видеть, как сохли на солнышке и развивались на ветерке футболки с длинными рукавами и номерами на спине, и черные трусы с лампасами. Мне почему-то в детстве всегда было жалко эту женщину, вечно склонившуюся над корытом. А она только посмеивалась и что-то мурлыкала себе под нос. Но самое удивительное было то, что команда города всегда выигрывала, а тетя Варя, так звали её, говорила, что у сборной должен быть свой тренер, свой повар и прачка, ну и конечно свой зритель-болельщик.
- А вот ты сейчас у меня зритель, - весело сказала женщина. – Хочешь научиться стирать?
В тот момент подружек во дворе не оказалось, и я, шестилетняя, «тёрлась» около её корыта.
- А что тут особенного? Стирай да стирай, - ответила я. - Я хочу стать учительницей!
- О, девочка моя, в каждом деле должно быть волшебство. Нет, сначала терпение, а потом волшебство.
- Тогда научи, - меня заинтриговали слова прачки.
Тёте Варе тоже наверно было немного скучно без общения, перед ней был целый ворох белья.
- Так вот слушай. От стирки может быть как добро, так и зло. Смотря, кто как стирает, с любовью или нет. Обычно, да и то не все, с бережной любовью стирают вещи близких людей. А от чужого белья нос воротят.
- Как это зло? – Переспросила я.
- Ну, расскажу тебе кратко все этапы стирки. Во-первых, бельё надо хорошенько вытрясти, чтобы удалить пыль и прочие ворсинки, затем настрогать мыла и замочить на несколько часов. Белое лучше с хлоркой прокипятить, потом постирать в двух горячих водах с мылом, прополоскать в трех холодных водах. Черное можно уже и развесить, а белое ещё раз прополоскать с синькой в одной воде, а потом в другой - с крахмалом.
- Ой, как всё не просто! – Воскликнула я.
- Конечно, не просто. А многие прачки думают, что это очень просто и пропускают многие этапы стирки. Ещё хуже рассказывают всякие глупости, когда замочат и, ожидая несколько часов, болтают про человека, которому стирают. Это называется «полоскать чужое бельё», вырастишь – потом узнаешь, - улыбнулась тётя Варя.
- А ты значит, с любовью стираешь, раз команда наша всегда выигрывает? – Спросила я.
- Далеко мне ещё до любви, детка, - лукаво улыбнулась женщина. – Никто не сравнится с моей прапрабабкой. Однажды моя бабушка-прачка рассказала мне про свою бабушку-искусницу, которая могла грехи стирать.
Я разинула рот от удивления, как можно грехи стирать, да и что такое грех толком не знала.
- А вот слушай, я тебе расскажу. Станешь учительницей и будешь эту легенду своим школьникам рассказывать, да ещё девочек стирать научишь.
Как я тебе и сказала, была моя прапрабабушка прачкой тоже. Любили люди её за безотказность. Всегда брала работу, уставала или нет. Одежду отдавала всю чистехонькую, белоснежную, выглаженную по шовчикам. Нравилось это людям. Но вскоре стали замечать они, как наденут рубашку или платье, будто вновь рождались. И весело, и свободно, и дышать легко! Больные здоровыми становились, а злые - добрыми. За глаза жители кудесницей её прозвали, но в лицо ничего не говорили. А она-то и ничего не делала для волшебства, да и не знала, что так всё получается. Слушать разговоры посторонних женщине некогда было, так как ей всё больше и больше приносили белья. Люди прослышали о золотых ручках прачки, даже из других городов приезжали. Никому она не отказывала, конечно, болели спина и руки, зато людей в стране всё больше хороших становилось: и здоровых, и красивых, и счастливых. 
 
     Одно было горе – плохой был правитель в те времена. Свою страну, то есть своих людей, грабил, налогами и оброками душил, казнил невинных... А ведь рыба, как говорится, гниёт с головы. Не здоровое было общество. Хотя бабушка и стирала грехи людей, но это была капля в море.
Но вот однажды король занемог. Так занемог, что двигаться перестал. Все кости ломили, а жар, как от печки, от него шёл. Никакие лекари не помогли ему. Вспомнил он тут про священников, вызвал их, начал каяться, - ничегошеньки не помогло. Купил даже индульгенцию в чужих странах за большие деньги. Опять всё напрасно. Тогда подсказал ему один придворный советник, что в королевстве его проживает женщина-прачка, которая умеет грехи стирать. Окрылили надежды короля, надел он рубашку свою любимую, взял палочку. Решил сам доплести до дома прачки. Добрался, да с порога ей и брякнул: «Мне надо постирать грехи. Я – плохой человек».
Тут бабушка прозрела и, наконец, поняла, зачем так много людей к ней ходило.
- Но я не умею никакие грехи стирать, что Вы выдумываете? Я просто стираю и глажу.
Король встал перед ней на колени. Бабушка совсем растерялась. И как это сделать, как помочь ему? Ведь, когда она не знала, что выстиранные ею вещи, несут здоровье и силу, так и получалось всё. А теперь, узнав об этом, она даже боялась прикоснуться к рубашке. Казалось, что знание наоборот несло неуверенность, страх, непонимание, прачка даже чуть не лишилась памяти и забыла как стирать?
- Неужели ты мне не поможешь, великодушная женщина? Ведь, у меня вся жизнь наизнанку!
- Наизнанку-наизнанку, - тут, как будто кто-то подтолкнул мыслью женщину.
Она быстро схватила рубашку короля, вывернула наизнанку и начала гладить тяжелым горячим утюгом. То есть все этапы стирки сделала наоборот.
Выгладив, накрахмалила, потом подсинила, затем в трех холодных водах прополоскала, в двух горячих постирала и замочила. Села передохнуть рядом на топчан, где лежал король, а тот всё стонет и стонет от боли. Тогда бабушка отжала крепко рубашку и начала вытряхивать. И, конечно же, никакие теперь ворсинки-пылинки-грешинки не полетели по свету, не стали распространяться. Повесила на солнышко сорочку, а король чуть ли не умирает. Тут к прачке вдруг вернулась память, и она принялась за обычную стирку, всё по своим этапам – замочила, прокипятила, постирала, прополоскала, подсинила, накрахмалила и ещё последнюю капельку из своего одеколончика добавила, чтоб подушистее была королевская сорочка. Повесила на солнышко сушить.
 
     Вот, наверно, ты и догадалась, что стало потом с королём. Вышел он из дома прачки здоровый и помолодевший, но самое главное, мысли у него были первозданные: чистые, добрые, благородные. И конечно, теперь от его правления государство стало процветать, благосостояние расти. Люди становились всё счастливее и счастливее. А прапрабабушке моей уже старенькой и уставшей, правитель назначил королевскую стипендию. Уж более и не стирала она. Но иногда скучала по своему ремеслу. Брала у людей носовые платочки и стирала-полоскала-крахмалила, чтобы никто никогда не плакал, и, чтобы люди горя не ведали.
Слушала я тётю Варю, затаив дыхание, даже не замечая, что руки мои оказывались то в горячей мыльной воде, то в холодной, то в крахмальной.
- Ну, вот хорошо, что дождика нет, сейчас на солнышке всё быстро высохнет, - сказала сказочница-прачка.
- А можно я ещё приду? – Спросила я.
- Конечно, приходи! Я тебе ещё сказку расскажу, - рассмеялась тётя Варя.
- Нет, я хочу тебе помогать…  - и тихонько добавила, - и свои грехи постирать.
- Ах, ты моя маленькая грешница! Ну и что у тебя за грехи? Небось, конфеты без спроса берёшь? – Опять рассмеялась женщина.
- Нее, я зимой снег ем. Он мне очень нравится, а бабушке не говорю, потому что она запрещает… 
Прачка предвестница смерти
автор: Алексей Горшков
 
Прачка предвестница смерти
Сказка Зеленого Колпака по мотивам Кельтской легенды
 
Было это или не было, никто точно не знает, да вот только есть легенда об этом, Не родилась же она на пустом месте? Я, как старый собиратель народных сказок и легенд, могу вас уверить, что это очень интересная легенда, и готов вам её поведать. Кому интересно, приглашаю к этому рассказу, ну а тот, кто не желает выслушать старую, добрую ирландскую историю, - волен заняться более интересными вещами, хотя, я благодарен им уже за то, что заглянули ко мне.
 
Случилось это в Ирландии, без малого, две тысячи лет тому назад, когда по молодой стране, среди людей, бродили ведьмы, монстры и демоны, когда ирландская армия состояла почти сплошь из «фиан», то есть наёмников, подавляющее большинство из которых, составляли грабители и бандиты. Но, должен вам сказать, что в армию наёмников вступали и знатные юноши аристократы, и, скорее всего, они это делали не ради денег, а ради приключений и адреналина. (Возможно, отсюда, в наше время возникла коммерческая идея энергетических адреналиновых напитков?!)
Ну так вот. Наёмники составляли большую часть армии короля Ирландии и весьма уважаемую её часть. И даже сложилась традиция: при всех знаковых событиях, король отдавал почести фианам. И вот, король Ирландии выдал свою дочь замуж, но почему-то «забыл» (или не захотел) отдать должное фианам (в качестве большого денежного вознаграждения по случаю такой свадьбы). И это пустяковое недоразумение обернулось войной между фианами и королём Ирландии. (Подумайте, как же сильны традиции и нравы, если в наше время футболисты и хоккеисты тоже бунтуют, когда им не повышают их и без того «маленькую зарплату»!)
И вот, две противоборствующие армии собрались на болотистой земле у Габхры (сегодня известна как Гарристон на северо-западе графства Дублин), чтобы на рассвете вступить в смертельный бой. Среди наёмников был двадцатилетний герой, чьё имя знала вся Ирландия, - это был Оскар. Этот парень был совершенно безбашенный. Таких называют «сорви-голова»! Он совершенно не ценил, ни свою жизнь, ни жизнь кого-либо. Вот такие были у Ирландцев герои в то время! Но даже этот рубаха-парень, в тот вечер, был тих и молчалив. Некоторые наёмники полагали, что Оскар не пьёт вино и не веселится, потому что сберегает силы к утреннему бою, но вот «старый», тридцатилетний воин Дейр считал, что Оскар думает о завтрашнем сражении и о смерти. 
Дейр подошел к Оскару и предложил ему вина, но Оскар отказался.
«Что с тобой?» - спросил Дейр.
Какое-то время Оскар молчал, но потом заговорил:
«Я думаю о тех монстрах, с которыми мне пришлось сражаться».
«При чём здесь монстры? - удивился Дейр. - Завтра нам предстоит сразиться с королём, с этим подлым скупцом, не отблагодарившим нас за свадьбу дочери и нарушившим славные традиции нашего народа!»
Оскар снова погрузился в молчание. И вдруг он диво произнёс:
«Дрейв! Я скажу тебе, в чём дело. Но только тебе. Никому ни слова. Обещай!»
«Ты что, Оскар, не знаешь что ли меня?» - откликнулся Дейр.
«Хорошо. Слушай. Я ехал сюда, вдоль реки, глубокой и быстрой, и искал брод. Вижу, возле брода женщина сидит и стирает одежду». 
   «Старуха?» 
   «Нет. Молодая и довольно привлекательная. Волосы у нее были, как мои, только посветлее. Ее кожа была очень белой. Я подумал, что, должно быть, она замужем, потому что стирала мужскую одежду. Я спешился с коня и присел рядом с ней. Какое-то время мы сидели молча, пока она не спросила:
    «Ты на битву?»
    Я кивнул в ответ.
    «Страшно?» - спросила она.
     «Я ничего и никого не боюсь!»
     «Да ну! Правда?»
     Я почувствовал насмешку в её голосе и сказал: «До сих пор я не встретил, ни монстра, ни чудовища, которые могли бы меня напугать»
     «Я бы не стал терпеть её насмешки и столкнул бы её в воду!» - воскликнул Дрейв.
  «Наверное, мне так и следовало бы поступить, но прачка неожиданно сказала, смотря мне прямо в глаза: «Ты ещё не встречался с  самыми ужасными монстрами».
     «И что ты её ответил?» - спросил Дрейв.
     «Ничего. Не успел. Я посмотрел на одежду, которую она стирала, и увидел, что она вся была в крови... и я увидел, что одежда была очень похожа на мою...»
    «Это и есть твоя одежда, Оскар» - вдруг ледяным голосом произнесла прачка и неожиданно исчезла.
      Оба воина молчали, поскольку прекрасно понимали, что прачка, которую встретил Оскар, была «баныш» - предвестницей смерти.
      Едва забрезжил рассвет, как началась битва. Оскар был неистов. От его меча воины короля падали замертво один за другим. Вскоре Оскар пробился к самому королю и нанёс ему смертельный удар мечом. Но король в последнее мгновение пронзил сердце Оскара копьём, и храбрый воин замертво рухнул на своего поверженного врага.
    В этот день, наёмники потерпели поражение. Новый король Ирландии не стал воссоздавать наемные легионы, и эра наёмников в Ирландии на этом закончилась.
Ночная прачка
автор: Александр Андреев
 
Хотите – верьте,
Хотите – проверьте.
Мао Кузанек, его жена Энори и четверо детишек жили в приходе Плоневез-ар-Фау. Мао был простым лесорубом, целыми днями валил буковые стволы да корчевал пни. Работать приходилось аж до Бреннилиса, то есть от Плоневеза-ар-Фау до самых чёртовых болот... Со временем он узнал о природе мира всё, что мог, даже о холмах Арре и о Чёрной Горе.
 
В Бретани, как и повсюду, богатство обходит лесорубов стороной, и Мао не брал на работу полную сумку свежего хлеба и копчёного сала. Нет! Поев утром супу, он запасал на целый день лишь краюху хлеба с отрубями.
 
Энори и сама трудилась в поте лица, чтобы хоть иногда добавить пару монеток к скудному заработку мужа. Была она пряхой, и руки её целыми днями, а то и ночами, беседовали с веретёнами да пяльцами. Она и чепцы гладила.
 
В тот день трудно было сказать, то ли вечер задержался, то ли ночь поторопилась. Весь день лило как из ведра и собиралось лить ещё, хоть полная луна и разогнала почти все облака. Была суббота перед Троицей, и крестьяне носили в церковь куски масла святому Эрбо, покровителю рогатого скота. Уже стемнело, лишь бледная луна освещала мир живых, когда Энори наконец-то собралась постирать. На неделе ей пришлось столько прясть и штопать, что некогда было выстирать воскресное платье детям и мужу. Но теперь она выкроила немного времени, чтобы одеть их в чистое к завтрашнему празднику.
 
С корытом белья она отправилась на речку. Но стоило ей преклонить колени на обычном месте, как рядом появилась женщина, вся в белом, с непокрытой головой, с мешком белья подмышкой.
 
- Добрый вечер, соседушка! Позвольте мне устроиться рядом, постирать простынки да одёжку?
 
Удивлённая и чуть испуганная, Энори дружелюбно ответила:
 
- Конечно, места всем хватит.
 
Не успела женщина начать стирку, как всё было готово. Она намылила, простирнула, отбила колотушкой и прополоскала все свои простынки да одёжки чуть ли не в один миг. И предложила Энори:
 
- Если хотите, я могу и Вам выстирать бельё. Ваша колотушка, кажется, такая тяжёлая!
 
Энори, сияя от радости, ответила:
 
- Я и впрямь немного устала. Жизнь у меня тяжёлая. От первых петухов до вечерней зари тружусь без роздыху. Да что там, частенько не прекращаю работать, даже когда ночь окутывает землю.
 
- Я постираю все Ваши рубашки, оставьте их мне, и если у Вас есть ещё грязное бельё, тоже несите. Вдвоём мы всё переделаем даже раньше, чем полная луна разглядит своё отражение в этих мыльных водах.
 
Энори от души поблагодарила незнакомку и побежала домой посмотреть, что ещё осталось постирать.
 
Мао подивился быстрому возвращению жены. Та рассказала ему о нежданной встрече. Не успела Энори поведать, до чего любезной оказалась незнакомка, как муж не дал ей договорить:
 
- Бедная моя жена, несчастная! Ты знаешь... о Боже, знаешь ли ты, что повстречала мануэс-ноз – ночную женщину? Её наверняка послали демоны – похитить твою душу или души наших детей, вот она и прикинулась добренькой, словно мать младенца Иисуса! Запри-ка дверь покрепче.
 
- Но если я к ней не вернусь, она придёт за бельём сюда.
 
Мао повторил:
 
- Запри дверь, быстро! Делай, что говорю!
 
Он посмотрел Энори прямо в глаза и приказал:
 
- Подмети весь дом и поставь метлу в угол вниз головой; подвесь треногу от очага на гвоздь да вымой руки дождевой водой из ведра.
 
Энори мигом сделала всё, что велел муж. Только она хорошенько вымыла руки, Мао выплеснул воду из ведра в очаг и затушил огонь.
 
В спешке, до конца не раздевшись, они забрались под набитое мякиной тонкое одеяло, что ещё до их свадьбы истрепалось под морскими ветрами.
 
Мануэс-ноз – а это, конечно же, была она – не дождалась Энори и пришла стучаться в дверь.
 
- Энори Кузанек, открывай! Я принесла тебе выстиранные рубашки!
 
Энори с мужем не проронили ни слова. Семь раз ночная женщина стучала в дверь, пытаясь открыть её. Безуспешно. На минуту снаружи установилась мёртвая тишина, а затем вдруг завыл ураганный ветер. Его подняла разгневанная мануэс-ноз. Спрятавшись под одеялом, Энори и Мао услышали её голос:
 
- Тренога, открой дверь, а то хозяева меня не слушаются.
 
- Не могу, меня подвесили на гвоздь! – ответила тренога.
 
- Метла, миленькая, открой-ка побыстрее.
 
- Не могу, у меня голова внизу, а ноги сверху!
 
- Тогда ты, моя славная дождевая вода, проскользни мне под ноги и открой. 
 
- Не могу, меня выплеснули в очаг, и я умерла вместе с огнём!
 
Только вода это вымолвила, как ураган стих. Энори и Мао, сжавшись в комочек и дрожа, услышали злобный голос в ночи:
 
- Проклятая Энори Кузанек, повезло тебе найти мужа-лесоруба, да такого умного, чтоб тебя учил!
 
Воскресным утром, отправляясь с детишками в церковь, Мао сказал Энори:
 
- Возможно, эта мануэс-ноз была грешницей, которая всю жизнь оттирала бельё добрых людей камнями, чтобы сэкономить мыло. Во искупление грехов её приговорили стирать бельё сотни и тысячи лет вместо того, чтобы прогуливаться в райских кущах. И, конечно же, она хотела, чтобы ты заняла её место!

Смотри и другие материалы по теме:
Загрузка...
Подождите...
Загрузка...
Go to top
Каталог-библиотека о профессиях Ljubimaja-Professija.ru