автор: Виктор Бажин
(сказочка)
Эх, розги – розы по лицу!
Передай привет отцу.
Не криви свою улыбку.
Всё подходит подлецу.
Улыбайся так, чтоб было.
Чтобы никуда не сплыло.
Где-то спрятана верёвка.
Дело встало из-за мыла.
Если хочешь, покажу.
Всё без утайки расскажу.
Как бы весело не было,
Как лошадка не заржу.
Вот та самая гора.
В ней забавная нора.
В той норе угрюмый старец
Водку глушит до утра.
А потом выходит в мир
Тот старик, горы эмир,
И заблудшим плещет в рожу
Свой целебный эликсир.
И альпинисты прозревают,
Падая, хвосты ломают,
И с диковинной усмешкой
В мир жестокий убегают…
Тот старик Душою чист.
Он оптимист и пессимист.
Так живёт на радость детям
Самый главный Альпинист…
Сказка о душе погибшего альпиниста.
автор: Николай Богачев
Жил да был альпинист,
Был он, скажем, оптимист,
И пошёл в поход с друзьями,
Ох, залез! Над облаками,
Они гуляли день-деньской,
Тучи были под ногой.
Но закончилась еда,
И сказали тут друзья:
«Вниз, в долину ты сходи,
И нам хлеба принеси».
Альпинист пошёл один,
Но дорогу позабыл,
Заблудился он в ущелье,
Тут уже не до веселья.
Замерзал он там в снегах,
И коптился на кострах,
Почернел на солнце весь,
Но не потерял лишь честь.
Умер, а душа всё бродит,
И покоя не находит;
Хлеба должен принести,
И товарищей спасти.
Бродит, ищет он туристов,
Или даже альпинистов,
Хлеба просит. Так подай!
Товарища ты выручай!
*
Время за полночь и спать пора,
Пепел на углях мерцающих, костра,
Искры звёздами уж не горят в ночи,
А на льду сверкают лунные лучи.
По палаткам спать все разошлись,
Коль не спится – впечатленьем поделись.
Потихоньку все эмоции затихли,
Спят туристы, и храпят… притихли.
Тишина кругом царит,
«И звезда с звездою говорит»,
Меж палаток чья-то тень скользит,
В небе глаз луны горит.
Вот подкралась тень к палатке,
Огляделась: всё в порядке,
Руку внутрь, Ах, как черна,
«Дайте хлебушка, шпана!»
Визги, крики из палатки,
Засверкали чьи-то пятки,
А умерший альпинист,
Был всего лишь аферист.
То инструктор оказался,
Это так он «постебался»,
Новичков он попугал,
И, конечно, убегал.
Далеко уйти не смог,
Хоть собрался под шумок,
Спрятаться к себе в палатку,
Мол, «с меня и взятки гладки».
Убежать едва собрался,
Но к нему кто-то подкрался,
Длань чужая на плече,
Тяжела! Давит к земле.
Загробный голос загудел:
«Хлебушек мой захотел?»
Утром долго все смеялись,
Больше духа не боялись.